![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Сталинское время
Пока нужно было уничтожать русский народ и ввести дисциплину среди партийцев, система работала хорошо. Тогда не только крестьянство уничтожали. Вон, приехал НКВДешник на Ленские прииски, начал убивать рабочих, потом его посадили, потом он оправдался и вышел, снова убивал. С дисциплиной среди партийцев оказалось ещё проще - бери и сажай, новый кадр уже есть на смену. Так успешно готовились к войне, которую начали профукивать. Тогда спохватились, хотя многое не исправили, масса идиотов сохранила свои места, но всё же.
Дальше началось послевоенное время. Лучшие евреи командовали вперед! Сажать всех! Далеко не всегда их слушали, включая часть евреев. Сталин тоже не всегда слушал. Хотя Чуковский предлагал сажать с семи лет. Видимо, от Агнии Барто не забыл нагоняй за халтуру военных времен, сублимировал гнев на детях. Но система получила задание - сажать, но не слишком убивать, иначе работать некому. Читал сегодня - не только политические, уголовники тоже сопротивлялись и часто успешно. Война между ссученными и нессученными ворами это война за кусок хлеба, за выживание. Ссученные дешевы для начальства и выгодны, а условия жесткие, качества нужны, вот проигрывали часто. Это не война сейчас между ссученными и якобы не ссученными. Но начальство не могло уничтожить весь лагерь и просто потребовать новых рабов. Требовалось обосновать, почему слишком большие репрессии и понести ответственность за гибель массы людей. До этого как бы закрывали глаза на неэффективность рабского труда, а потом никуда не денешься, пиши отчет, клади партбилет на стол.
Естественно, никого выпускать не собирались, кроме совсем больных, да и то, чтобы не портить статистику. Но умер Сталин, Берия достал многих, началась оттепель. При Хрущеве запускали в космос ракеты, много чего сделали за счет более свободного труда и ликвидации ГУЛАГа. Потом брежневский застой и далее развал социализма. Теперь хотят снова закрутить гайки, пускай работают до самой смерти, пускай пенсионеры подыхают, пускай не воруют, пускай цветут мигранты. Это всё имеет одну особенность - много хотят несводимых вещей. Патриотизм для армии, нищету в тылу, процветание мигрантов, современные технологии - всё несводимые вещи. Туда же такие вещи как высокая рождаемость, женское господство, дорогая ипотека, высокие банковские ставки, уничтожение коров и мелкого производителя. Ещё много чего, а свести вместе нельзя. Да, цифровая экономика формально позволяет цифровой ад, но ад неэффективен. Однако, Лондон требует, Трамп жаден, олигархи тоже, силовики жмут в надежде получить долю. Что дальше? Получается проигрыш. А то, что мир вокруг развивается, никуда не денешься. Назад к Хрущеву нельзя, да и поздно, назад к Ельцину тоже поздно. Им бы в прошлое к Сталину как символу порядка после ленинского бардака, но и туда нельзя. Остается только плакать по непризнанности.
Вот Гергиев, знаменитый дирижер. Есть такой в Петербурге. Снабжал Эпштейна пиццей, то есть молоденькими, вкусными девочками, а на остров так и не был приглашен. Так то мог поесть мяса, но в Петербурге, а не в центре элитных развлечений. Ах, как не повезло, хотя Маск его рекомендовал. Ах, Гергиев - непризнанная духовность, один из светочей культуры. Не говорю уж про более мелких граждан. Пусть радуются, что расследований нет, а другие уже на том свете, умерли нее дождавшись приглашения.
Дальше началось послевоенное время. Лучшие евреи командовали вперед! Сажать всех! Далеко не всегда их слушали, включая часть евреев. Сталин тоже не всегда слушал. Хотя Чуковский предлагал сажать с семи лет. Видимо, от Агнии Барто не забыл нагоняй за халтуру военных времен, сублимировал гнев на детях. Но система получила задание - сажать, но не слишком убивать, иначе работать некому. Читал сегодня - не только политические, уголовники тоже сопротивлялись и часто успешно. Война между ссученными и нессученными ворами это война за кусок хлеба, за выживание. Ссученные дешевы для начальства и выгодны, а условия жесткие, качества нужны, вот проигрывали часто. Это не война сейчас между ссученными и якобы не ссученными. Но начальство не могло уничтожить весь лагерь и просто потребовать новых рабов. Требовалось обосновать, почему слишком большие репрессии и понести ответственность за гибель массы людей. До этого как бы закрывали глаза на неэффективность рабского труда, а потом никуда не денешься, пиши отчет, клади партбилет на стол.
Естественно, никого выпускать не собирались, кроме совсем больных, да и то, чтобы не портить статистику. Но умер Сталин, Берия достал многих, началась оттепель. При Хрущеве запускали в космос ракеты, много чего сделали за счет более свободного труда и ликвидации ГУЛАГа. Потом брежневский застой и далее развал социализма. Теперь хотят снова закрутить гайки, пускай работают до самой смерти, пускай пенсионеры подыхают, пускай не воруют, пускай цветут мигранты. Это всё имеет одну особенность - много хотят несводимых вещей. Патриотизм для армии, нищету в тылу, процветание мигрантов, современные технологии - всё несводимые вещи. Туда же такие вещи как высокая рождаемость, женское господство, дорогая ипотека, высокие банковские ставки, уничтожение коров и мелкого производителя. Ещё много чего, а свести вместе нельзя. Да, цифровая экономика формально позволяет цифровой ад, но ад неэффективен. Однако, Лондон требует, Трамп жаден, олигархи тоже, силовики жмут в надежде получить долю. Что дальше? Получается проигрыш. А то, что мир вокруг развивается, никуда не денешься. Назад к Хрущеву нельзя, да и поздно, назад к Ельцину тоже поздно. Им бы в прошлое к Сталину как символу порядка после ленинского бардака, но и туда нельзя. Остается только плакать по непризнанности.
Вот Гергиев, знаменитый дирижер. Есть такой в Петербурге. Снабжал Эпштейна пиццей, то есть молоденькими, вкусными девочками, а на остров так и не был приглашен. Так то мог поесть мяса, но в Петербурге, а не в центре элитных развлечений. Ах, как не повезло, хотя Маск его рекомендовал. Ах, Гергиев - непризнанная духовность, один из светочей культуры. Не говорю уж про более мелких граждан. Пусть радуются, что расследований нет, а другие уже на том свете, умерли нее дождавшись приглашения.
no subject
no subject