Конец гипноза

 Любая власть имеет проблемы с пониманием конца собственного очарования. Вокруг преданные лица среднего звена, симпатизанты толпятся. Задержка восприятия перемен неизбежна. Думаю, Павел Первый был удивлён, когда пришли его убивать. Не менее был удивлён Николай Второй. Троцкий в 1927 не понял, почему партия не пошла за ним. Хрущёв тоже был удивлён. 

Более мелкие граждане часто в шоке, когда теряют популярность. Достаточно посмотреть на злое лицо Пугачёвой. Однако, гипноз до конца не сходит долго. Недаром перевороты и массовое недовольство редко меняют характер власти. Насчёт религий давно признано, что идея сохранить конкретного человека у власти часто менее важна, чем сохранение преемственности. 

Преемственность разрушается куда тяжелее. После смены власти получаем сказку. Сказка важна для новой власти. Сказка о царе или генсеке, сказка о народе, сказка о победах. Обьективный анализ новую власть не волнует. Достаточно посмотреть, как ныне борятся за сказки о шведах-норманах, адекватном Иване Грозном и даже сущих мелочах. Проще забыть историю и посылать борцунов, чем доказывать простые вещи. 

Целый ряд заявлений политиков делается в расчёте, что потом из них сделают сказку. 

Самое интересное здесь цена сказок. Династию Романовых не спасли сказки о шведском происхождении Рюриков и финноугорском названии Москвы. Сталина не спасла сказка о разумном Иване Грозном и пользе репрессий. Хрущёва не спасла идея о способности верхушки партии быть благодарными за отмену репрессий. СССР не спасла сказка о благодарности нерусских народов за усиленное питание. Точно так же нынешние сказочки от Фоменко и прочих  не спасут. Более того, потом будут горевать за то, что упорно держались за никчемные сказки. А сказочку об олигархической солидарности в общемировом масштабе как отрыжки теории об общепролетарской солидарности даже будут бояться упоминать - только лохи на такое ведутся.